• Воскресенье, Июнь 16, 2019

Танцующие в темноте: лишившиеся зрения смоляне рассказали о том, каково это – жить и не видеть

Журналист
Март27/ 2018

Многим из нас посчастливилось родиться здоровыми, и наши герои — не исключение. Каждый из них вел свою обычную, наполненную счастливыми и не очень моментами жизнь, учился, влюблялся, строил планы на будущее.

Так продолжалось до тех пор, пока линию их судьбы не перечеркнула трагедия. Причины, возраст, обстоятельства — у каждого она была своей, однако итог оказался одинаковым – все они лишились возможности видеть окружающий их мир. В интервью «Главной Теме» четыре лишившихся зрения смолянина рассказали, как погрузились в темноту и сумели найти в кромешном мраке смысл жизни.

Екатерина Рогачева: «Сыночек стал смыслом моей жизни»

Все случилось довольно неожиданно, хотя многие из моего окружения предполагали такой расклад и очень его боялись.  До окончания университета мне оставался всего год, рядом был любимый молодой человек, а в семье ожидалось прибавление. Проще говоря, жизнь в ближайшее время обещала заиграть новыми красками, если бы не одно «но» – серьезные проблемы со зрением.

Очень часто, просыпаясь по утрам, я ничего не видела вокруг себя. Днем все вновь становилось нормально, а вечером зрение снова становилось хуже. Быть может, все бы обошлось, но беременность и роды серьезно усугубили мои проблемы со зрением. А три месяца спустя, в возрасте двадцати четырех лет я окончательно ослепла.

Танцующие в темноте: лишившиеся зрения смоляне рассказали о том, каково это – жить и не видеть

Сначала мне казалось, что все кончено… Спасла любовь к литературе: я стала активно развиваться и писать рассказы для детей, а также психологическую прозу и рассказы. Вскоре любимый сделал мне предложение,  а сыночек, естественно, стал смыслом жизни. Да, на первых порах мне было страшно. То время я могу описать всего двумя словами: «стресс» и «кошмар». И лишь благодаря поддержке мужа, который вместе со мной ездил по больницам, я вновь обрела веру в себя и начала все с чистого листа.

Сейчас, спустя семь лет, я со смехом признаюсь знакомым, что самым жутким, непривычным для меня было не знать, как я выгляжу. Даже заварить себе чай, при этом пролив кипяток себе на руку, для меня было не так страшно, как не иметь представления о том, как тот или иной свитер сидит на мне.

Как я сегодня воспринимаю мир вокруг меня? Признаться, в этом плане мне очень повезло: попадая в незнакомой место, я буквально за несколько секунд могу представить себе всю окружающую меня обстановку. Но самое главное счастье заключается в том, что сын всегда знает, как поддержать меня, и заступается каждый раз, когда кто-то говорит, что я «не такая как все».

Вячеслав Елисеенков: «Свою жизнь я делю на до и после»

Зрение я начал терять в феврале 2016 года. Причиной стал сахарный диабет. Происходило все постепенно: сначала начал смутно видеть по ночам, затем начал замечать проблемы со зрением и днем, а следом и вовсе… Кровоизлияние, отслоение сетчатки, а после проведенной операции – глаукома.

Раньше у меня была семья – жена и десятилетняя дочь. После того, как я потерял зрение, наши пути разошлись, хотя с дочерью я продолжаю регулярно встречаться. Она, кстати, восприняла новость о произошедшем со мной как взрослый человек. Она всегда старается мне помочь, если в том есть необходимость.

Танцующие в темноте: лишившиеся зрения смоляне рассказали о том, каково это – жить и не видеть

 

Порой мелькали мысли о суициде, но до дела, к счастью, не дошло. Без зрения я лишился возможности зарабатывать. Ведь как получилось: сразу после школы я пошел в армию, а уже там полгода спустя у меня нашли диабет, с которым я прожил одиннадцать лет. После службы работал грузчиком, водителем, теперь же не работаю вовсе.

Жизнь  свою делю на «до» и «после» случившегося. Ведь я на самом деле начал жить с самого начала.

Когда был в реабилитационном центре в Волоколамске, познакомился с девушкой, которая, в отличие от меня, пусть немного, но все же видит. Сейчас мы вместе живем в Соликамске, однако и Смоленск я не забываю и регулярно приезжаю в город. К слову, хочу отметить, что жизнь в Смоленске для незрячих людей адаптирована гораздо лучше, чем в упомянутых выше городах. Что же касается потери зрения, то в какой-то степени это даже оказало мне услугу, ведь так я встретил любимую.

Оксана Егорова: «Потеря зрения не мешает мне жить полноценно»

Я закончила 37 школу и успела полтора года отучиться в педагогическом колледже. Ослепла я в восемнадцать лет, но какие именно чувства бушевали во мне на тот момент, уже не помню. Да и не хочу вспоминать. На первых порах было нелегко выходить на улицу, но вскоре ко всему привыкла и подстроилась под свою новую жизнь.

Танцующие в темноте: лишившиеся зрения смоляне рассказали о том, каково это – жить и не видеть

Спустя какое-то время решила получить высшее образование и в 2007 году отучилась на спецработника. Училась я заочно, на бюджете, в группе ко мне относились хорошо и с пониманием, старались поддержать, помочь. В общем, я редко встречалась и встречаюсь с негативом и  непониманием, хотя порой случаются неловкие ситуации…

Что касается семьи, то меня никто не бросил на произвол судьбы, никто не отвернулся. Сейчас у меня растет пятилетняя дочь, которую я очень люблю. Да и увлечениям моим слепота не мешает. Я занимаюсь латино в танцевальной школе, спокойно работаю за компьютером. Отсутствие зрения не мешает мне полноценно жить, хотя смоленские дороги порой заставляют тяжело вздыхать. А в целом я не жалуюсь…

Сергей Ковнерёв: «Все, что ни делается – к лучшему»

Сейчас мне пятьдесят семь лет, а зрение я потерял в пять, когда по детской неосторожности залез на боевые снаряды и подорвался на детонаторе. Я летчиком хотел стать, увлекался самолетами, а тут началась беготня по больницам. Родители были страшно напуганы, взволнованы. А я маленький был, так что особо не переживал.

Потом подрос, закончил университет имени Герцена с отличием. В советские времена незрячим людям было проще, чем сейчас: получить образование и найти работу слепому человеку было не так проблематично. Что же касается человеческого отношения к незрячим людям, то оно практически не изменилось. Разве что слов сочувствия теперь стало больше. Но зачастую это лишь слова.

Танцующие в темноте: лишившиеся зрения смоляне рассказали о том, каково это – жить и не видеть

Сначала я работал слесарем-сборщиком, а потом стал председателем Смоленской областной организации ВОС, где отработал восемнадцать лет. В 2021 году эта организация отметит свое столетие. Не так давно мы вместе с Анной Базылевой и Светланой Павловой разработали проект «Школы ориентирования». Проблема ориентировки важна для незрячих смолян, потому мы и начали что-то делать.

Среди людей, потерявших возможность видеть, есть очень много талантов.

Теперь я думаю, что все, что ни делается в нашей жизни – все к лучшему. Не знаю, какой была бы моя жизнь, не залезь я на тот детонатор. Однако я очень рад тому, что сегодня я могу помочь и помогаю людям. Я все делаю честно, прилагая все возможные силы и работаю для людей.

P.S. Некоторые из наших героев отказались фотографироваться

Автор: Диана Нарута

Метки:

Поделиться с друзьями:

Ваш email не будет указан. Обязательные поля помечены *. Оставляя комментарий, вы соглашаетесь на обработку персональных данных в соответствии с Политикой конфиденциальности